23:22 

Последняя игра Окделла №2

renten
самоубийство из-за страха смерти (с)
название: Последняя игра Окделла
фендом: Отблески Этерны
автор: Бонд Пух
Бета::
рейтинг: R
пейринг: в перспективе есть
жанр: Приключения,пре-слэш, Юмор, POV, AU, Стёб
статус: бва-ха-ха, и мы начинаем! Т_Т
самари: в общем... тут как в старом анекдоте - "Встань и иди" (концовку вспоминаем по мере своей распущенности)
примечания автора:
1) Традиционного пока не планируется, но кто ж этих Окделлов знает.
2) Автор все еще читает канон.
3) Используются неточные цитаты оригинала, но они столь неточны, что это вообще вряд ли кто-то заметил.
4) Я села на любимого конька и меня не остановить (конек хромоногий, но пока окончательно не испорчу не слезу).
5) Мне уже не хочется чего-нибудь такого этакого, вроде прилипших к потолку трусов и мира у ног идиота. Мне хочется вискаря, мороженного и концовки этой работы... и еще что бы меня трава отпустила.


глава 4.2
***

Врать Роберу не хотелось, но получалось очень вдохновлено и даже как-то раздосадовано, словно я действительно прижимал спрута в вазе, а тот так хитро атаковал. Роббер меня покладисто слушал и даже кажется верил, бранил за неосторожность и глупость, по-доброму бранил без издевки. Я даже от такого оторопел и потерял бдительность, тут-то меня и подловили.

- Что это была за записка? – в лоб спросил меня иноходец.

- Какая записка? – не понял я, удивленно хлопая глазами, сидящий на моей подушки Честь тут же навострил уши и подобрался, словно готовясь сорваться с места.

- Та что выпала у тебя из рук во дворце. Забыл что ли?

Забыл, Честью клянусь – забыл, встреча с Альдо и его слова про женитьбу выбили из под меня не только почву, но кажется даже разума лишили, а потом еще и Айри сверху добавила. К тому же эта дурацкая выходка с Сузой-Музой на следующий день и это треклятое ранение. Я действительно забыл про записку и даже сейчас не вспомню куда я ее дел, может она выпала во время драки с Айри, а может потом когда они с Луизой приводили меня в порядок?

- Записка? – шепчу я, на ходу придумывая себе оправдание – Записка... А! Вспомнил! Она от служанки, правда сейчас убей не вспомню от какой именно, толи от Миранды, толи от Арлет, а может и не от Арлет.

- У герцога лихорадка из-за ранения, – сообщает врач, недовольно смотря на Эпинэ и как-то совсем не добро вытирая свои руки – Ему стоит лечь спать.

- Вы правы, поправляйся, Ричард, – вздохнул Робер, поднимаясь – Я зайду к тебе на днях.

- У тебя слишком много работы, я сам зайду к тебе, - улыбнулся я – Завтра я уже буду во дворце.

- Зачем?

- Ну, нужно же вспомнить от кого именно записка, – пошло усмехнулся я, откидываясь на подушки.

Иноходец горько улыбнулся и кивнул – не поверил. Я бы на его месте тоже не поверил, записка хоть и была изрядно пожевана, но чистый каллиграфический почерк Спрута просматривался легко, у служанок такого не бывает. Оставалось только надеяться, что Робер никогда не получал писем от Валентина.

Глава 5 Чужие мысли
Ракана - Оллария

День не задался с самого лета и, судя по всему, решил таким быть вплоть до Излома, если не еще дальше. Проблем было слишком много и главная из них сейчас восседала напротив, сетуя на павлинов и гусей, но думалось почему–то не про нее, а про мелкого поросенка, что был прикован к постели минимум на неделю. Дик запомнился Роберу шумным и веселым мальчишкой, который в Варасте носился со связанными руками и детским восторгом в глазах. Сущее дитя, которого впервые выпустили поиграть в большой сад, где так много укромных мест и так мало нянек.

В Агарисе же он напоминал любимого племянника, который заглянул на-погостить и собирался остаться навсегда. Не было того детского восторга, но все еще был азарт и любопытство присущее всем детям. Он носился по всему городу, периодически влипая в неприятности и чудом из них выпутываясь, успевал пообщаться со всеми домочадцами и подружиться даже с самыми вредными его обитателями. Ричард много смеялся и был искренне весел тогда.

Сейчас же Дик все больше походил на своего беловолосого любимца. Смотрел на мир сквозь полуприкрытые веки и лениво крутил хвостом–тростью, словно намекая, что все еще жив и вполне здоров. В столице он прослыл повесой, который редко ночует в собственном доме, частенько играет в карты с периодическим успехом и совершенно не интересуется происходящим вокруг. В точности как его питомец, который любил развалиться на мальчишечьем плече и, словно нехотя, делая всему миру одолжения, принимал кусочки сыра, что не съедал, а слизывал с рук, медленно и очень величаво.

Вот только Робер знал, что за напускной ленью и дремотой маленький альбинос скрывал не только ядовитые клыки, но и сильное тело. Эпинэ помнил, с каким проворством зверь слетал с герцогского плеча, и на лету ловил мух или дичь покрупней, после чего снова разваливался воротником, как ни в чем не бывало, и с урчанием поедал свой трофей. Да и птицами он не ограничивался, пару раз в Агарисе он видел, как мелкий ызарг вгрызался в собачью шкуру, когда те пытались отнять его ужин.

«За свое нужно бороться» – произнес тогда Дик, одним окликом отгоняя Честь от поверженного врага. Альбинос возмущенно пищал, подпрыгивал на месте, и требовал крови неудачливого оппонента, но хозяина все же послушал. Правда, на руки к тому не пошел, уселся поодаль и долго вычищал белую шерстку от капель крови, что брызнули из раны собаки, а потом еще полдня дулся и даже отказывался от любимого лакомства.

Пса Робер добил сам, чтобы зверь не мучился, медленно умирая от яда.

– Мальчишки, – вздохнул Альдо, вырывая Робера из воспоминаний – Из–за чего дуэль–то?

– Почему ты держишь Ричарда на расстоянии? – невпопад спросил маршал, устало сжимая виски.

– Потому что не доверяю ему, – помедлив, произнес Ракан – Все как–то гладко у него. За Варасту медалька, в Агарис друга проведать прискакал и плевать ему, что друг мятежник и что за эту выходку могут казнить, как предателя. Все ему с рук сходит! И сюда вернулся в обнимку с навозником, якобы чтоб по пути не свалится, а тот каким–то чудом бежал. Вот с чего этому Колиньяру было бежать?

– С чего мальчишке было вообще сюда приезжать?

– Я о том же.

– Может он искал кого? Его семья, насколько я знаю, всегда жила в столице, и очень редко покидая ее пределы.

– А ты это откуда знаешь? – удивился король.

– Проверял, – легко произнес Эпинэ, пожимая плечами. Ту странную историю с побегом он изучил досконально, не столько проверяя Ричарда, сколько пытаясь его оправдать, но опасения мужчины были напрасны. То ли Ракан тогда еще не был настроен столь негативно к мальчишке, то ли уже переживал по поводу старых традиций.

– Проверял, – буркнул тот недовольно – И ведет себя Дик как редчайший болван и повеса. Только и слышу, что юный Окделл ночевал у госпожи этой, проиграл в карты тому, был сегодня тут, да уже как час там… Ведет себя так, словно ничего не изменилось!

– Он теперь калека, к тому же в немилости у тебя, что ему еще остается?

– Ага, калека, как же, вон как по дуэлям скачет, еще и Придда ранить сумел. Как только умудрился?

– Ну, а девочка тебе зачем? Та же урготская принцесса куда выгодней в женах, - перевел тему Робер. Он тоже об этому думал, но делиться своими догадками на этот счет не хотел.

– Потому и нужна, что я ее брату не доверяю! – буркнул Альдо, откидываясь на спинку кресла.

– Не боишься, что этими действиями ты его против себя настроишь?

– Не боюсь, - огрызнулся старый друг.

Робер устало вздохнул, его главная проблема темнила и говорила далеко не все что задумала. Невольно вспомнился тот самый пес из Агариса и его большие испуганные глаза, когда он раз за разом пытался подняться, но задние лапы его не слушались. Иноходцу не хотелось бы быть на его месте, не хотелось бы вот так же бояться собственного будущего.

И принимать смерть с облегчением ему тоже не хотелось.

– Ричард очень привязан к сестрам. Вспомни, он ведь без умолку трещал о своих девочках в Агарисе, – попытался Эпинэ, вразумить короля.

– Я помню, поэтому и делаю.

У пса были большие клыки и мощное тело, на его стороне был опыт и сила, он был больше Чести в разы. У маленького ызарга был лишь яд. Собака попыталась отнять чужую кость и поплатилась за это в доли секунды. Альбинос сначала отскочил от кости в сторону, но как только его хвост коснулся земли тут же атаковал. Он не попытался ударить по подставленному носу или глазам пса, который уже потянулся за своей добычей. Ызарг исхитрился извернутся в воздухе и подлезть под чужую пасть, чтобы укусить в незащищенное горло, тут же прокусывая артерию.

У Альдо есть десятки тысяч солдат, которые караулят сутками у его дверей, уже есть союзники и зачатки власти. Вся столица принадлежит ему, а его враги далеко и пока кусают не его.

У Дика в столице нет даже собственной охраны. Даже людей из его родного Надора тут нет. Надорская община пустует не первый день и северяне явно не собираются в нее возвращаться. По большому счету у него здесь нет ничего кроме запертой в королевских покоях сестры. И вот это пугает.

Робер не хочет смотреть, как еще один ызарг будет кусать в незащищенное горло, а в том, что тот кусаться будет, Иноходец не сомневался.

***

Тронко.

- Уверены? – зачем-то спросил Марсель, сам прекрасно понимая, что перед ним стоят двое упрямцев, который невозможно переубедить.

- Да, - настойчиво произнес Давенпорт, поправляя перчатку и стараясь не смотреть в глаза другу. Прощаться не хотелось, но злость и обида которые, прятались за широкой спиной долга, не позволяли остаться на месте.

Валмон вздохнул, принимая поражение, но, не переставая волноваться. И если Чарльз еще более-менее походил на разумного человека, то стоящий рядом с ним Эстебан все больше смахивал на свое гербовое животное. Причем на медведя-шатуна поздней осенью, такой же ободранный, побитый жизнью и невменяемый. После своего более чем запоминающегося появления мальчишка проспал несколько дней, потом столько же провалялся то ли в бреду, то ли в дичайшем похмелье, а вот когда окончательно оклемался, изъявил желание отправиться на север. Мотивируя свой поступок тем, что Окделла он там точно не встретит.

- В последнее время я подобными глупостями, как уверенность, не страдаю, – буркнул Колиньяр и немного подумав, хватанул флягу из рук зазевавшегося Банифация, и тут же знатно присосался к чужому имуществу, только за ушами забулькало.

- Дитя мое, - начал божий служитель, испуганно следя за своей фляжкой, что с каждой секундой становилась все пустей – Столько пить…

- Ага, я помню, Вы мне об этом вчера весь день говорили, – буркнул Эсти, переводя дух и возвращая опустевшую фляжку – Прощайтесь уже, да поехали. Путь не близкий, а погода с каждой минутой становится все отвратительней.

- Может, все же останешься? – произнес Марсель, хватая Эстебана за руку. Он не разделял чужого рвения, да и признаться банально опасался, что юный медведь наделает глупостей в дороге.

- Я еду не умирать, а всего лишь проведать отца, – буркнул Колиньяр, задумчиво смотря на флягу Банифация. Святой человек, заметив этот взгляд, тут же поспешил спрятать руки с заветной фляжкой за спину и состроил скорбное выражения лица, пытаясь донести до юного чада, что столько пить, особенно чужую выпивку, очень вредно.

- Отца? – не понял граф.

- Мой отец любит власть, - произнес Эсти, легко пожимая плечами и пытаясь незаметно умыкнуть чужое добро – И раз он не смог получить ее в столице, то попытается получить ее из рук наследника, а мальчик, скорее всего, у своего самого близкого родственника – дяди, Жермона Ариго. Тот, насколько я знаю, на севере.

Чарльз согласно кивнул. Валмон обреченно вздохнул. Бонифаций был близок к обмороку. Эстебан же в очередной раз почувствовал, что не прочь застрелиться, но его пистолет был у Давенпорта, да и не все поручения Окделла он еще исполнил.

От последней мысли Колиньяра перекосило так сильно, словно он целый лимон разжевал и проглотил, а рука невольно потянулась к фляге, жаль та была пустой.

***

Очередная таверна.

Вошедшие явно не были местными и явно куда-то спешили, не особо охотно смотря по сторонам, но смотрели пристально и крайне внимательно, то ли искали кого, то ли привычка брала свое. Возглавлял их довольно молодой человек, в дорогой одежде и большим количеством перстней на обеих руках. Он не смотрел по сторонам, явно считая это ниже своего достоинства, а говорил, слегка морща нос.

«Знать» - сразу же понял Эстебан и невольно скривился, словно ему уксуса плеснули в бокал. Чарльз же от этой картины невольно напрягся, тут же попытался проверить на месте ли пистолет и легко ли ходит шпага, но его руку перехватил уже успевший напиться Эсти, попутно умудряясь схватить чужой бокал.

- Сиди смирно, - еле слышно произнес он – Не привлекай к себе внимание, вполне вероятно, что тебя ищут и лишняя шумиха нам не нужна.

- Это павлины, - еле слышно произнес Давенпорт, недовольно смотря на солдат.

- И что? – не понял Колиньяр, отрываясь от бокала и тоже глядя на недавно вошедших. Шесть охранников, у каждого шпага, но пистолетов не видно, то ли хорошо спрятаны, то ли и вовсе нет. Не самые лучшие противники, но и не худшие.

- Они из столицы. Я видел этого с перстнями во дворце.

- Часто? Он мог тебя запомнить? – граф так же невольно напрягся, смотря на мужчин уже с большей настороженностью но, все же находя в себе силы отвести свой взгляд и взяться за кувшин с вином, а не шпагу.

- Не знаю, - честно произнес Чарльз, наклоняя голову ниже.

- Тогда пей, - буркнул Эстебан и щедро плеснул вина в чужой бокал – И не смотри на них, мы тут проездом к кошкам, из самого дальнего Заката нашей страны. Мелкие дворяне на пути, скажем, к умирающей бабушке, чтобы урвать побольше от ее наследства. Понял?

- Понял, – кивнул теньент, и послушно взялся за бокал, одним глотком осушая его на половину и тут же морщась – Я так сопьюсь.

- Не самая плохая перспектива в сложившейся ситуации, – усмехнулся Эсти и отсалютовал приятелю по несчастью, но не рассчитал силы, и красная жидкость выплеснулась из бокала, как раз на проходящих мимо мужчин. Один из них чертыхнулся на незнакомом парочке языке и злобно глянул на притихшего Колиньяра. Тот уже собрался подскочить и извиниться, но его опередил удивленный голос:

- Вы же Чарльз Давенпорт?

- Не получилось с бабушкой, – еле слышно произнес теньент и все же выхватил пистолет.

***

Тронко

Банифаций смотрел на еще одно неразумное чадо и еле сдерживал очередной вздох разочарования. Хорошо хоть не в одиночку поехал, как предыдущие, и на том спасибо. Жаль нельзя великовозрастного мальчишку посадить под замок на пару недель, глядишь, одумался бы. Хотя о чем он? Не одумается, такие не одумываются.

- Уезжаешь?
- Уезжаю.
- Выпьешь?
- Выпью.
- Не помри там.
- Не помру.

Валмон устало улыбается и неуклюже вскарабкался на конную спину. Бонифаций привычно прячет руки за спину, но вдруг вспоминает о своем сане и украдкой осеняет знаком конный зад. Тот благодарно машет хвостом и трогается в путь.

- Вот и проводил, - устало произнес он и посмотрел на небо, непривычно моля о чужом благополучии, а не о нескончаемом запасе касеры.

На молитвы небо ответило раскатом грома и сильным дождем.

Лошадь не успевшая проехать и пары десятков бье замерла, затем развернулась и поспешила к священнослужителю. Смущенный Марсель съехал с конного бока и, поправив камзол, произнес:

- В такую погоду и собаку на улицу не выгонят… Я пережду.

- Мудрое решение, – согласился Бонифаций, благодарно смотря на небо и мысленно обещая пожертвовать тому лучшего вина, что у него есть.

- Но потом я сразу уеду! – предупредил Марсель, поправляя камзол.

- Ага-ага… В смысле, конечно сын мой.


Глава 6. Предательство знакомо мне.

Во дворце было много комнат и залов, которые в большинстве своем открывались крайне редко и чаще всего по праздникам или по королевской блажи (по королевской блажи, кстати, открывались чаще). С количеством залов могло сравниться только количество тайных переходов, которые из этих самых залов вели в эти самые комнаты. Конечно, львиная доля из них уже многие годы не была тайной, но сути это не меняло.

Но все залы с их величием и красотой, и все тайные переходы с их паутиной и скелетами не шли ни в какое сравнение с садами, коих во дворце насадили преогромное множество на любой вкус, начиная от малых крытых садиков и заканчивая огромными садами с вековыми деревьями. Вдобавок ко всему прочему у этих садов было и еще одно преимущество – практически все они связаны между собой и из одного сада можно было попасть в любой другой. Правда иногда для этого приходится преодолевать стены, но они не так уж и велики даже по моим меркам, к тому же какая-то каменная кладка не могла стать для меня преградой, когда я хотел, увидеться с сестрой.

Сестра же Оллара, в чьих покоях сейчас жила бывшая королева со своими фрейлинами, любила уединения, и к ее комнатам примыкал маленький садик, практически со всех сторон обнесенный стенами и живой изгородью. Именно там Айри и разговаривала с Робером. О чем шла речь, я не знал, возвышавшаяся над моей макушкой живая изгородь съедала большую часть слов диалога, а преодолеть эту преграду бесшумно, и не спугнув парочку, с моей то ногой и все еще не зажившей рукой было невозможно. Поэтому я просто сел на землю и прислонился к кусту спиной, послушно дожидаясь, когда сестра закончит свой разговор.

Официально мы все еще были в ссоре и не виделись с того злополучного дня, когда меня побили цветами, а после запудрили. На деле же, с тех пор мы смогли встретиться аж целый раз, что по нынешним меркам было большой роскошью. Правда эта встреча была очень короткой и все что мы успевали это обменяться новостями и догадками, да мне еще вручи письмо для девочек.

- Уныние – это грех, но я буду вспоминать Дикона и злиться, - обещает сестра, достаточно громко, чтобы эту фразу услышал и я. Робер что-то отвечает, но я уже привычно ничего не слышу и просто жду когда все стихнет.

- Не стоит, герцог, я побуду здесь немного. Я не уверена, что смогу вот так сразу сыграть как нужно, – вновь говорит Айрис, явно рассчитывая на то, что я ее услышу, а через пару минут за изгородью становится тихо.

- Дик? Ты тут? – шепчет сестра совсем рядом со мной и наугад просовывает ручку в заросли. Маленькая белоснежная ладошка среди веток смотрится потешно и даже как-то удручающе. Эх, ее бы сейчас напугать. Схватить за руку или перелезь через изгородь за ее спиной и что-нибудь на ушко шепнуть, да нельзя, к сожалению. Айри наверняка закричит или задыхаться начнет. Забавно, но в более теплой столице сестрица страдала от надорской болезни куда чаще, чем в холодном замке наших предков.

- Дик! – шипит сестра, нервно перебирая пальчиками в воздухе, то ли злясь, то ли начиная волноваться.

- Здесь я, - произношу я, все же хватаясь за ее ручку. Тонкая холодная ладошка тут же обвивает мою ладонь, и на душе становится куда легче.

- Зачем приходил Робер? – спросил я, когда рука сестры в моей ладони начала согреваться, и перестала мелко дрожать.

- Кажется, он решил стать мятежником, – буднично произнесла Айрис и разжала свою ручку.

- Многовато что-то мятежников среди герцогов, ты не находишь? – честно произнес я, и, плюнув на скрытность, полез через кусты, благо из-за холода они были куда податливей – Рассказывай.

Девушка вздохнула и поправила пару веток, пытаясь прикрыть дырку, которая осталось после моих маневров. Помогло это плохо, но и делалось это лишь для того чтобы потянуть время и все правильно сформулировать. Я это понимал и послушно ждал, когда сестра подберет слова.

- Он предложил мне брак, - произнесла она, присаживаясь на скамейку и скромно складывая ручки на коленках, словно ее действительно волновало это предложение.

- Нет, конечно, ты не подарок, но брак с тобой это еще не мятеж, а даже скорее наоборот, – произнес я, присаживаясь рядом с сестрой и удивленно хлопая глазами.

- Дик! – обиделась та и тут же отвесила мне подзатыльник. В голове от удара загудело, рядом шипела Айри, отбившая ладошку – Уй, чугунная твоя голова.

- Не отвлекайся, что там с браком? – почесал я затылок.

- А! Сказал, что по старой традиции, меня нужно будет забирать из родного дома, и что Лионель Савиньяк стоит со своими войсками недалеко от Надора. Он сказал, что можно будет замаскировать его солдат под нашу свиту и провести их в столицу.

- Лионель и его люди хорошо ориентируется в Олларии, и он наверняка знает, как пройти из дворца в Багерлее, чтобы спасти Алву и короля. Так сказать двойной удар… умно, - помедлив, произнес я.

- Думаешь? – не поверила Айрис, недовольно складывая руки на груди – А что если это все лишь ловушка? Для того чтобы вывести тебя на чистую воду? Эпинэ несколько раз упоминал тебя в разговоре и сетовал что, твоя помощь в этом деле была бы не лишней.

- Все может быть, – согласился я с сестрой, только сейчас замечая, что плащ на ней хоть и подбит мехом, но расстегнут нараспашку. - Все может быт, – повторился я и, принялся, закутывать Айри потеплей – А может и не быть. Нужно все проверить и поговорить об этом со Спрутом, он тоже сильно рискует в случае нашего раскрытия. Но даже если это ложь и все делается лишь для того чтобы разоблачить меня, это все еще хороший предлог вывести тебя из столицы домой и было бы глупо им не воспользоваться.

- Ты не понимаешь, Дик! – запальчиво воскликнула девушка – Ты должен сопроводить меня до Надора и отдать в руки женила лично. Я боюсь, что по дороге с нами может что-то случится. Что если Альдо решил, просто убить всех Окделлов? Это куда безопасней, чем сажать вепря себе на шею!

- Здесь ты словно в клетке, а там свободна. Добраться до тебя в Надоре куда тяжелей чем тут… - подумав, произнес я - И если он задумал нас убить, то сподручней будет делать это скопом. Не по дороге, а уже в самом замке, чтобы иметь возможность убить всех без лишних слухов и проблем... Для нас это даже выгодно, мало кто осведомлен о том, как идут дела в замке, и Альдо точнее не будет рассчитывать на сильное сопротивление, но на всякий случай, я оповещу Дина и его ребят. Они проводят до самого дома и предупредят домочадцев заранее о возможной угрозе. У девочек будет время подготовиться и встретить гостей.

Сестра насупилась, явно не разделяя моего мнения и желая остаться. Я вздохнул и прижал ее к себе, крепко стискивая в объятия:

- Пойми ты, Айри, я не хочу и не могу рисковать тобой. Я не переживу еще одной смерти. Тебе нужно покинуть столицу, отправится домой…

- И что? Что изменится Дик? Я буду той же заложницей, просто до меня добраться будет чуть тяжелей, - еле слышно произнесла Айрис, хватаясь за мой плащ и начиная еле слышно всхлипывать – Если он не верит тебе… все мы под угрозой.

- Из Надора тебе будет проще добраться до Лионеля, я не уверен, что Колиньяр исполнит мои просьбы, и отвезет письма на север, поэтому эти поручения придется исполнять тебе и девочкам, – помедлив, произнес я – И даже если Робер врет, его замысел хорош, мы можем им воспользоваться…

- Ричард, – удивленно произнесла сестра, поднимая на меня заплаканное личико – Ты же не хотел участвовать в этой войне…

- Я сделаю все, что бы мы выжили. Понадобится, и Леворукого достану из Заката, но мне нужно, чтобы меня ничто не сдерживало, чтобы я не опасался за тебя и девочек, прошу, пойми.

- А Придд? – еле слышно произнесла Айри.

- А что Придд? – не понял я. Айрис было открыла рот, затем поспешно его закрыла и слегка покраснев, отвернулась.

Я же удивленно замер.

- Ну-у, он же остается в столице… - промямлила девушка, краснея еще больше.

Вот те на! Да сестрица, судя по всему, прельстилась морской тварью! Хотя до меня доходили слухи о том, что их видели вместе пару раз, но я пропустил это мимо ушей, считая сплетней. Видимо ошибся. Хотя сам Спрут ни разу не упомянул в разговоре мою сестру. Неужели влечение Айри не взаимно? Помнится, он попался на искренней привязанности к королеве, интересно прошла ли она?

Бедная девочка, мало того что влюблена в беспозвоночное, так еще и безответно. Ох, как бы сдержать ехидный комментарий, а то ведь действительно поссоримся.

- Он не дурак и в случае опасности всегда сможет ускользнуть, беспозвоночное он в конце концов или нет? – улыбнулся я, еле сдерживая ехидную улыбку – Не переживай за нас.

Айрис кивнула и шмыгнула покрасневшим носиком.

- Ты совсем замерзла, - спохватился я – Ступай, тебе многое предстоит еще сделать. Я постараюсь прийти еще раз перед твоим отъездом, а если не получится, то все что тебе нужно сделать передам письмом через Дина и его ребят.


Глава 7. Сны и вытекающая из них реальность.

- Старый парк? - засомневался я, изучая деревья и вымощенные дорожки.

- Матушкой клянусь, это Старый пар, – произнес я чуть позже, любуясь знакомой полянкой, посреди которой белела статуя быка с человеческой головой. На всякий случай, я обошел статую по кругу, чтобы наверняка убедиться действительно ли это она. Круге на седьмом я смирился с действительностью и принял тот факт что, эта та самая статую и что стоит она именно в Старом парке.

- Старый парк… - произнес я, шагая дальше – Я в Старом парке. Опять! Я и Старый парк! Эта становится плохой тенденцией… Осталось самая малость – понять, что я тут, в Старом парке, делаю.

Как я попал сюда, а главное зачем, я не помнил, и если честно, как отсюда выбраться я тоже не знал, а небо с каждой минутой становилось темней и темней, да к тому же холодало.

- Ворон – красавчик! – прокаркали откуда-то сверху.

Я послушно обернулся на голос и удивленно уставился на огромного ворона, что сидел на рядом стоящей статуе.

- Это Вы про себя? – уточнил я на всякий случай у собеседника, попутно убирая руки за спину и заинтересованно изучая птицу. Птах был хорош собой, большой, черный, с прекрасным клювом и крайне знакомый профилем.

- Оллар – дурак! – согласился ворон, величаво вскидывая голову вверх.

- Ну-у-у, это Вы зря! Не стоит так говорить о том, кого не знаете, – назидательно произнес я и пошел дальше, не желая тратить свое время на столь не воспитанную птицу. Хотя с пернатого спрос был все же маленький, его учили этому, а он всего лишь бездумно повторял. Ох, точно! Такой же ворон был у Ариго, его еще Ворон из горящего дома вынем… Не к добру понимать Алву, да к тому же к ночи, не к добру.

- Фердинанд – рогоносец! – поддакнул моим мыслям пернатый, перелетая с ветки на ветку.

- Ай-яй, - я погрозил птице пальцем, но того это мало задело и он продолжил кричать заученные фразы, а через пару минут к его выкрикам присоединились лошадиные шаги. Довольно ехидные такие шаги, я прямо не утерпел и оглянулся, кто же это так издевательски тут, в Старом парке, вышагивает. Оказалось, что даже лошадям не чуждо ехидство.

- Оллар – дурак! – прокричала птица в последний раз и взметнулась куда-то ввысь.

Рядом хромая лошадь согласно заржала. Я же покачал головой и поспешил прочь, как вдруг меня достигла догадка, что эту лошадь я уже однажды видел. Если быть точней, то дважды. Один раз в живую в Агарисе, когда получил метку. Второй раз на стенах домов, в ту весеннюю ночь, когда камни пели, а город утопал в крови невиновных. От пугающей догадки я замер, и резко повернулся к лошади, но той уже не было.

На ее месте стоял Моро.

Черный конь раздувал ноздри и бил копытом, зло и как-то осуждающе смотря на меня исподлобья. Он казался куда больше и внушительней, чем я его запомнил, и от этого я не произвольно схватился за пистолет, точней за то место где его носил в Варасте. Сейчас его, конечно, не было, о чем я очень пожалел, когда Моро, всхрапнув, начал двигаться в мою сторону.

Со своей ногой я вряд ли смогу от него убежать.

- Это не то животное, которого следует опасаться. По крайней мере, вам, – Валентин Придд в мундире теньента появился, словно неоткуда, и поправил орденскую ленту на груди, схватился за морову уздечку. Конь недовольно всхрапнул, но послушно замер, возмущенно раздувая ноздри и не сводя с меня осуждающего взгляда.

- Что ты тут делаешь? – не понял я, по большой дуге обходя мориска и пытаясь подойти поближе к беспозвоночному, рядом с ним было точно безопасней, им хотя бы можно прикрыться от четвероного приятеля, – Да еще в обнимку с Моро, Спрут?

- Это место опасно, по крайней мере, для Вас, - спокойно произнес Придд и я невольно замер, что-то было не так, не правильно, не логично даже как-то. Я даже осмотрел приятеля со всех сторон, пытаясь понять что меня смутило.

- «Вы»? Беспозвоночный никогда не обращался ко мне так, - еле слышно произнес я, осененный догадкой, и непроизвольно отступил, только сейчас замечая, что Тино стал чуть выше и шире в плечах, да и откуда взяться мундиру? Спрута, так же как и меня не сильно жаловала новая власть, а старая наградила лишь званием оруженосца.

- Вы не Валентин. Вы кто-то другой, или другое… - прошептал я, продолжая отступать и хватаясь за родовой кулон – Вы человек или уже нет?

- Вам нужно идти, - произнес Не-Спрут, вскакивая в седло – Он ждет вас. Да и не место Вам здесь. Он огорчится, если с Вами что-то случится.

- Вы про Тино? – с надеждой спросил я, но мой собеседник лишь укоризненно вздохнул, проигнорировав мой вопрос.

- Нет, Вы не про него, - ответил я сам себе и побоялся продолжить думать в этом направлении. Догадаться, кого имел виду пришелец, было не так уж и трудно, но верить в это не хотелось. Совсем не хотелось, по тому что от этого у меня возникало мерзкое чувство стыда и вины.

Вдруг резко поднялся ветер, который погнал желтые листья, куда-то прочь.

- Уходите, - повторил Не-Придд, напрягаясь и что-то высматривая в темноте.

- Я бы еще знал куда, – буркнул я.

- Уходите! – закричал он и, пришпорив Моро, сорвался с места, на ходу вытягивая шпагу.

В невдалеке злобно каркнул ворон покойного Ги и я проснулся.

Часы били глухо и еле слышно, видимо откуда-то с первого этажа, вдалеке же остался Старый парк с его страшными тайнами, а передо мной была испуганная рожа недавно нанятого слуги.

- Монсеньер! Наконец-то вы проснулись, - радостно сообщил он, явно по инерции продолжая трясти меня за плечо – Вас лихорадит. Вызвать врача?

- Сон? – искренне удивился я, садясь на кровать, и изучая свою комнату, словно вижу ее впервые.

- Кошмар приснился? – участливо спросил слуга – Может врача?

- Может, – послушно произнес я, вновь опускаясь на подушку и прикрывая глаза – Мне приснился до ужаса правдоподобный сон... Джерами, а тебе в детстве рассказывали страшилки про выходцев?

Слуга молчал.

- Ну, про тех, кто умер, но зачем-то вернулся и что это уже не совсем они?

Слуга вновь промолчал. То ли воспринял мои слова как бред, то ли испугался поднятой темы, а может и еще что, кто его знает. Только меня это мало волновало, мне хотелось поговорить, и в разговоре забыть увиденное и услышанное. Сон есть сон, фантазия не более, но почему-то от него все равно было страшно.

- Да ответь ты! – возмутился я, открывая глаза и тут же холодея. Передо мной был отнюдь не исполнительный слуга, а старый приятель по Лаик, которого я уже давно отчаялся вновь увидеть.

- Привет, - еле слышно произнес я, садясь в кровати и раздумывая, куда мне ползти в случае чего.

- Привет, - согласился Паоло, сидящий в кресле – А ты изменился.

- Ты тоже, – честно ответил я, невольно напрягаясь, но однокорытник лишь усмехнулся на это замечание и отсалютовал бокалом.

- Не спросишь меня, зачем я здесь? Или где был все это время? – просил южанин, когда пауза затянулась, а вся моя спина стала мокрой от пота.

- Я догадываюсь зачем, – честно произнес я, холодея. Умирать вот так не хотелось, а то, что выходцы приходят лишь за жизнью, я знал точно.

Паоло же на мои слова лишь захохотал, совершенно так же как когда-то он смеялся над выходками Шестипалого. Приятель смеялся так заразительно и широко, что я невольно улыбнулся в ответ, правда, расстояние до двери все же немного сократил, в призрачной надежде успеть сбежать.

- Нет, я ошибся, ты ни капли не изменился. Все тот же плут прикидывающийся дурачком, - произнес Паоло, отсмеявшись и вытирая искренние слезы веселья – И не бойся ты меня, я не смогу тебя забрать, даже если очень захочу. Тебя никто не сможет забрать, помнишь же, Она пыталась, но не смогла…

- Почему? – не понял я, но однокорытник проигнорировал мои слова. Он сделал большой глоток из бокала, который держал все это время и задумчиво уставился на стены.

- А у тебя тут мило, – произнес он, поднявшись из своего кресла и начиная рассматривать убранство комнаты – Я даже понимаю, почему Рокэ закрыл эти комнаты. Видимо хотел оставить частичку тебя только для себя. Родич иногда крайне сентиментален.

- Что? – не понял я, и тоже посмотрел на стену и только тут я понял, что нахожусь в своих старых покоях, в которых жил еще до Варасты и что тут действительно все как было раньше, разбросанные вещи, исписанные листы и пара книг открытых примерно на середине. Все как я оставил перед своим отъездом.

- А это что? – не понял Паоло, удивленно смотря на стол.

- Камень, - помедлив, произнес я – Черный карос, он выпал из меча Ракана, когда на меня устроили покушение, мне Пако рассказал, что его тогда все же нашли, но я не думал…

- Ты ему дорог, – оборвал мою фразу однокорытник, еле заметно улыбаясь.

- Я его кровник, - спокойно произнес я, все же беря старый камень в руку, тот словно живой мигом нагрелся и начал ластится к пальцам, согревая своей теплотой и нежностью.

Южанин на мою фразу только устало покачал головой:

- Все это время я был в Агарисе, Дик, у нас с отцом Германом было очень много дел там, а вернулся я летом.

Я похолодел и невольно напрягся.

- Я видел тебя в Агарисе тогда, и прости, я не смог помочь, - еле слышно произнес гость – Я хотел, честно, но Она куда сильней меня. Тебе стоит опасаться Ее. Она зла на тебя, ты слишком часто ей мешал. Она считает, что ты теперь принадлежишь Ей. Не понимаю только, почему она так решила? Ведь тебя связывает другая клятва и твоя кровь… Ты же все еще не избавился от Ее метки?

Я инстинктивно схватился за браслет гагани. Паоло же лишь горько вздохнул, заметив это.

- Поспеши избавиться. Браслет скоро перестанет помогать, Дик. Чем ближе Излом, тем они сильней.

- И что мне тогда делать? – еле слышно произнес я.

- Быть самим собой, твой путь уже выбран. Ты сам его выбрал, уже очень-очень давно и сейчас глупо отказываться от него.

- Я…

- Чего ты боишься, Дикон? Тебе не чего боятся, не в этом мире уж точно, - хохотнул приятель и протянул мне свой бокал вина – Пей, Ричард Окделл. Пей и не бойся.

- От судьбы не уйдешь, да? – еле слышно произнес я, берясь за бокал и смотря в глаза бывшего друга – Молчи, Паоло, не отвечай. Я знаю, что не уйти, ни мне, ни тебе. Только скажи, ты… тебе не страшно идти выбранной дорогой?

- Мне уже ничего не страшно. Мне нечего боятся, - улыбнулся выходец, показывая свое истинное лицо.

- Мне нечего боятся, - повторил я слова чужака и залпом осушил бокал. Вино обожгло глотку, и осело резью в животе, которая медленно поднималась к гортани. Я не произвольно закашлял, с ужасом понимая, что на ладони от кашля остается кровь.

- Тебе нечего боятся, Ричард, - повторил выходец, усмехаясь.

Резкая боль в животе сменилась агонией по всему телу, и я проснулся.

За окном уже брезжил рассвет, но вся комната была напоена спокойствием и умиротворением, даже неугомонный Честь вел себя тихо, посапывая на соседней подушке.

- Сон, - улыбнулся я, прикрывая глаза рукой непроизвольно начиная поглаживать сильное тельце ызарга – Мне сегодня снятся дурные сны, один странней другого, но кажется, тебя мои страхи не задели, малыш.

Зверь промолчал, продолжая спать.

- Зверь не видит снов, – произнес спокойный голос от стола – Поэтому тебя сегодня все и навещают, можно сказать, что сегодня особенная ночь. Ночь, когда грани между мирами размыты и стражи не так сильны, согласись, глупо было бы этим не воспользоваться.

- Вы? – вновь удивился я, распознав гостя – Вы тоже один из них?

- Один из них? – переспросил Сильвестра, отпивая шадди из маленькой чашки – А! Ты про своих гостей? Нет, увы, я не один из них, но признаться не отказался бы им стать. Быть выходцем куда удобней, чем быть… тем кем я являюсь теперь.

- А кто Вы? – заинтересовался я, поднимаясь с кровати и шагая к мужчине.

- Это не так уж и важно, – улыбнулся мужчина и подтолкнул ко мне чашку с дымящимся напитком. От куда та появилась я не заметил, но признаться не удивился этому факту, во сне бывает всякое, а то что это сон я уже не сомневался.

- Вы правы, - согласился я, делая первый глоток – Но зачем Вы здесь? Не думаю, что мы были близко при жизни или, что Вы по мне успели соскучиться.

- Это всего лишь ответная услуга, - легко пожал плечами мужчина, откидываясь на спинку кресла – Когда-то давно для меня и еще не скоро для тебя, ты сделал или сделаешь мне огромное одолжение или услугу. Это как тебе больше нравится.

- Вы говорите загадками, – нахмурился я, грея свои руки о чашку.

- Очень скоро они станут тебе понятны, не переживай, – усмехнулся мужчина – Правда, когда это произойдет, ничего уже поменять не получиться.

- Что поменять?

- Гляжу, моя трость пришлась тебе по душе, – резко перевел тему Сильвестр, кивая на трость, что осталась стоять у кровати – В свое время она принесла мне удачу, может и тебе поможет.

- Я не понимаю о чем Вы, - произнес я, вставая из-за стола – Объясните мне все толком.

- Ты поклялся, помнишь? Быть верным Ему. Ты поклялся кровью.

- Вассальная клятва? – уточнил я – Но Альдо не Ракан…

- Альдо нет, но кровь Раканов все еще течет по жилам живых, и если ты нарушишь клятву, то ситуация приобретет для тебя самые худшие последствия – ты станешь Ее и уже ничто не сможет этому помешать.

- Кто Ракан? В чьих жилах течет эта кровь?! – воскликнул я, напрягаясь. Вновь встречаться с Ней не хотелось, хоте по правде я не особо помню все наши встречи.

- Ты ведь уже знаешь или хотя бы догадываешься, в ком течет кровь Раканов, не так ли? – усмехнулся бывший кардинал.

Я удивлено разинул рот и сел обратно на стул.

- Догадался, – сам себе ответил мужчина – Это хорошо, это упрощает мою задачу.

- Зато мою нет.

- Ты бы все равно это сделал, - улыбнулся Сильвестр – Рано или поздно ты пришел бы к этому, но все же тебе не следует опаздывать. Помни на кону больше чем твоя жизнь, а теперь прости, мне нужно идти. У меня теперь много дел.

Кардинал поднялся из-за стола, вся комната поплыла у меня перед глазами и, я проснулся, искренне надеясь, что в последний раз за сегодняшнюю ночь. За окном было темно, Честь спал на соседней подушке, я же сжимал в руках трость с собачей головой.

Глава 8. Правда и вранье.

- К монсеньеру прибыл герцог Эпинэ, - произнес недовольно слуга, по военному щелкая каблуками.

- Ты посмотри на него, Робер, - хохотнул я, продолжая лежать в кровати и бережно вести пальцами по старой бумаге – Он еще и не доволен! А я всего лишь попросил пару книг! Что будет, если мне захочется шадди? Ты отравишь меня Джереми?

Слуга возмущенно засопел, опуская глаза. Иноходец удивленно замер, осматривая небольшое помещение, полностью заставленное книгами. Старые фолианты стояли на полках, лежали на подоконниках, валялись на полу и громоздились абсолютно на всех горизонтальных поверхностях, даже на моей кровати их было несколько десятков.

- Что тут произошло? – спросил гость, когда слуга манерно поклонившись, вышел из комнаты.

- Мне стало скучно, примерно в три часа ночи и я решил почитать, - улыбнулся я, кивая на кресло – Прошу присаживайся. Прости, быть радушным хозяином я пока не могу, так что убери книги сам… куда-нибудь.

- Ты что всю библиотеку сюда притащил? – удивился герцог, послушно садясь в кресло и продолжая озираться, кажется, он не ждал подобного приема в этом доме. Впрочем, меня сейчас это волновало мало, ночные кошмары все еще будоражили мою кровь и плохо помоги с восприятием действительности.

- Не всю, но не одну, здесь есть книги из библиотек Рокслея, моего врача, да тут даже парочка книг от Спрута. Признаться, у него оказалась не плохая библиотека, – произнес я, все же откладывая книгу и устало растирая глаза – Я рад, что ты ко мне зашел, честно говоря, я хотел попросить у тебя об одолжении.

- Книгу? – усмехнулся Эпинэ, беря ближайшую к себе и начиная ее пролистывать, кажется это были северные сказки, что я попросил у Рокслея.

- Книгу? Может, и попрошу, но не сейчас, - кивнул я, вновь расплываясь в улыбке – Ты бы не мог помочь мне подняться с кровати?

Робер непонимающе на меня посмотрел.

- Нога, - пояснил я, откидывая одело – Она снова начала гноится и из-за этого мне опять прописали постельный режим. Я, было, собирался отказаться от этой идеи, но мой врач так громко и долго кричал по этому поводу, что теперь в этом доме его слушаются куда охотней, чем меня, а мне срочно нужно посетить одно место.

- Что же это за место? – удивился Эпине, но послушно поднялся из кресла и помог мне встать. Я не растерявшись, тут же этим воспользовался, и повис на генерале, все равно сам передвигаться я не мог даже с тростью.

- Тут не далеко, этажом выше, правда с моей ногой лестница для меня теперь непреодолимый рубеж – обрадовал я старого знакомого, улыбаясь – О и кочергу захвати, пожалуйста.

Робер понимал все меньше, но слушался все охотней, а я не мог остановиться, и трещал без умолку о всем что приходило в голову. В основном туда приходила всякая околесица и глупость, но остановить себя я, увы, не мог, уж больно был взволнован.

- Кстати, - произнес я, когда лестница была позади, а иноходец, кажется, вообще перестал что либо понимать – А зачем ты ко мне пришел? Ты не подумай, что я тебе не рад, но ты же постоянно занят и мне показалось что в последнее время ты крайне не доволен моими действиями.

- Я пришел сообщить тебе, что до окончания война Альдо запретил дуэли, – как-то растеряно произнес Робер.

- О! Это разумно. Здесь на лево, - произнес я, начиная вполне себе бодро прыгать на одной ноге, придерживаясь за стенку.

- Я думал, ты воспротивишься этому приказу, - удивился герцог, продолжая идти за мной.

- Убить врага можно не только на дуэли, – легко ответил я, доскакивая до нужной мне комнаты и толкая дверь – Кошки на пару с Леворуким, так и знал что заперто. К примеру, врага всегда можно отравить, к тому же мне к этому не привыкать. Ты наверняка уже знаешь о том, что я числюсь в отравителях? Дай, пожалуйста, кочергу.

Робер послушно передал мне железяку, я же неуклюже начал вскрывать дверь. Признаться подобное я проделывал впервые и, получалось у меня очень плохо, все чего я смог добиться, так это поцарапать дверь и косяк.

- Да ради бога! Откройся уже! – пыхтел я.

- Дай сюда, - сжалился надо мной иноходец и сам взялся за дверь. У Эпинэ толи сил, толи опыта было больше, и дверь он открыл с первого раза.

- Ух, ты! – восхитился я, хлопая в ладони – Да ты мастер на все руки!

- Что там с отравлением, - в невпопад произнес Робер, не выпуская кочергу из рук, но послушно пропуская меня в дверь.

- А ты что не слышал? – удивился я, впрыгивая в комнату – Я был уверен, что Штанцлер расскажет тебе это в первую очередь, еще и пару десятков раз повторит, что ты точно не забыл.

- Штанцлер? – напрягся мой гость и медленно зашел в комнату, закрывая за собой дверь. В его движениях появилась некая неуверенность и нервозность.

- Брось Робер, я знаю, что вы встречались, - произнес я, плюхаясь на стул рядом со столом и начиная растирать ногу – Проклятое ранение, передвигаться все тяжелей и тяжелей. В такие моменты я всерьез подумываю, что мне все же стоило умереть тогда в Фельпах. Присядь, Робер, разговор будет долгий. Да и кочергу оставь в покое, я же калека в конце концов и не смогу тебе сопротивляться, даже если очень захочу.

- Откуда ты знаешь про Штанцлера? – спросил иноходец, усаживаясь на кровать, и на показ укладывая кочергу к себе на колени.

- Там услышал, здесь спросил, кое-кому налил, а кому-то подкинул деньжат, все просто, - пожал я плечами – Меня никогда не воспринимали всерьез, Робер, и, согласись, глупо этим не воспользоваться, но речь не об этом, а о том, что ты собираешься делать?

- Ты о чем?

- Я о твоем мятеже, - легко произнес я, откидываясь на спинку стула – И не бойся, здесь ты можешь говорить спокойно. У меня в доме конечно много шпионов, удивительно, что твоих среди них нет, но сюда они не ходят, я и сам тут больше года не был.

- От куда такая уверенность?

- Это мои бывшие покои, - произнес я, кивая на беспорядок – Как ты наверно заметил, половицы тут очень скрипучие, Хуан предпочитал знать, когда я покидаю свою комнату, чтобы быть ко всему готовым, а тайных ходов здесь нет, это я еще до Варасты проверил. Комната находится довольно далеко от комнат сегодняшних слуг, так то не переживай, они даже если кричать будем не услышат и все что скажешь, останется здесь.

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, - начал Робер, но наткнувшись на мой скептический взгляд, замолчал, явно обдумывая, что сказать, а главное сделать. Если что смерть одного неудачливого герцога Эпинэ простят, пожурят, конечно, для приличия, и может даже пальчиком погрозят, но не больше. Мне же подобную вольность не только не простят, но еще и сверху пару грехов добавят, чтобы ни у кого не возникало ощущение, что меня можно простить.

- Все ты понимаешь, еще и Айри втянул в свои авантюры, - произнес я, задумчиво смотря на черный карас. Алва действительно оставил его здесь, на пару с моим беспорядком. И комната эта явно открывались лишь раз, цепочка шагов к столу и обратно была очень хорошо видна в пыли.

Неужели он действительно решил, что я его предал?

Робер вскинул на меня взгляд, уверенный и решительный. Эпине все для себя решил и собирался действовать. Честно говоря, я ждал чего-то такого и потому оказался чуть проворней старого приятеля.

Кочерга же с хрустом врезалась в стул, где недавно сидела моя тушка.

- Ты что решил меня убить? – удивился я, наблюдая за иноходцем из-под стола – Это не умное решение, я громко кричу, да и Альдо тебе этого не простит, ему нужны все Повелители, и желательно живые и невредимые, иначе он давно бы уже пристрелил Алву.

- Ты что-то знаешь? – замер герцог, с поднятым оружием и вновь удивленными глазами.

Хе-хе-хе, кажется Робер знает куда меньше чем хотел бы. Впрочем мне это только на руку.

- Догадываюсь, - произнес я, медленно переползая под кровать, там у меня еще в лучшие времена был припрятан заряженный револьвер – Ты бы тоже догадался, если бы тратил свои силы на более полезные вещи, чем попытки остаться у власти. Альдо помешен на гальторских традициях, а во время излома Повелители всегда были подле короля. Делай выводы. До излома, мы с тобой точно доживем, а вот дальше не уверен. Ты-то ладно, ты почитай лучший друг и вообще член семьи, а меня вот точно пристрелят и выбросят в ближайшую канаву. Поэтому я вполне логично хочу отсюда сбежать, в идеале еще и Айри прихватить. Какая ни какая, а все же сестра, так что я не из праздного любопытства спрашиваю о твоем мятеже.

- Судя по всему, ты уже знаешь мой план, - произнес Эпине, опуская свое оружие и отбрасывая его подальше.

- Не в деталях, - вздохнул я, незаметно пряча пистолет за пояс домашних штанов и очень рассчитывая, что он мне все же не пригодится, - Поэтому с удовольствием послушаю тебя лично.

Мужчина недовольно покосился на все еще открытую дверь, явно думая о том могли ли нас услышать посторонние, но все же устало вздохнул и пошел закрывать дверь, попутно начиная свой рассказ.

***

Айри шли родовые цвета, и поэтому она было просто чудо как хороша, даже скорбное выражение лица и зловеще поблескивающие глаза ни капли ее не портили. Крутящиеся поблизости Луиза с дочерью пытались всеми силами привести разгневанную девушку в более подобающий вид при помощи пудры и прочих странных штук, но получалось у них плохо. Пудра стиралась сразу же после того как была наложена.

- Ричард, - зашипела девушка, вскакивая, как только я вошел в комнату.

Я укоризненно посмотрел на сестру и устало вздохнул, после чего неспешно прошел к столику, за которым сидела сестра, и уселся на стоящий поодаль стул, выжидательно уставился на собравшихся женщин. Госпожа Арамона явно была куда умней собравшихся и поняла все правильно, поэтому всплеснув руками, она запричитала о не собранном рукоделье и, подхватив дочь с прочими наседками, поспешила выйти из комнаты.

Сестра на показ отвернулась от меня и скрестила рука на груди. Какая-то толстушка осуждающе покачала головой и начала говорить, но ее слова заглушила закрывшаяся дверь. Айрис подождала еще пару минут, пока голоса окончательно не стихли, а в дали не хлопнула дверь и только после этого подлетела ко мне, моментально повисая на шее.

- Что произошло? О чем вы договорились с Эпинэ? – тут же зашептала она, пододвигая ко мне стул и усаживаясь рядом.

- О свадьбе, - легко произнес я.

- Не бойся, тут неоткуда подслушивать, – правильно поняла меня сестра – Госпожа Арамона все проверила еще в первый день, как нас поселили. Она так сокрушалась по этому поводу.

- Робер говорил правду, - помедлив, произнес я. Говорить о мятеже в открытую я все же не стал, уши есть везде, а провалиться из-за какой-то сплетницы мне не хотелось.

- Мы поговорили и пришли к выводу, что его предложение единственное верное решение. Так же я отправил письмо Налю, он должен будет выехать вам на встречу, а чтобы в дороге ничего не случилось Робер отправит с тобой своих надежных людей, - понизив голос, я добавил – Дин уже ждет тебя. Он и его люди будут рядом и, не бойся, их более чем достаточно, что бы защитить тебя.

Сестра задумчиво закусила губу, явно все обдумывая.

- Значит свадьба? – произнесла она, испуганно смотря на меня.

- Это лучшее решение, - кивнул я – Робер надежный человек, он сможет позаботится о тебе.

- А кто позаботится о тебе? – еле слышно произнесла Айри.

Я вздохнул, не зная, что на это ответить, но помощь пришла откуда я не ждал – за дверью кто-то упало и кто-то ойкнул. Я тут же встрепенулся и заговорил нарочно громко, поднимаясь со своего места:

- Это решенный вопрос! И радуйся, что я не отправляю тебя в монастырь!

- Ты не выносим! – закричала в ответ Айрис, повисая на моей шее и шепча так что бы услышал лишь я – Пожалуйста, вернись домой.

Я обнял сестру, так крепко как мог, продолжая что-то кричать на показ.

- Вернусь, во чтобы то не стало, вернусь, - обещаю я, передавая письмо сестре с поручениями которые ей будет нужно сделать.

- Кукушонок! Ненавижу! – кричит сестра, быстро пряча письмо, а потом, немного подумав, хватает стоящую рядом вазу и со всей силы кидает ее в стену.

За дверью снова охают и спешат уйти.

Девушка бросается мне на шею в последний раз и обещает, что все сделает, после чего оттягивает ворот платья и вылетает из комнаты, на последок хлопнув дверью так, что задрожали стекла. Я устало выдохнул и, шлепнув себя самого по щеке, для достоверности, поспешил выйти, чтобы поскандалить уже на публике, но к собственному удивлению наткнулся на Альдо и Робера.

- Разговор прошел не особо хорошо, - деликатно начал беседу Альдо, смущенно улыбаясь.

- Могло быть и хуже, - зло буркнул я, растирая щеку – Робер может все же возьмешь в жены другую сестру?

Эпинэ глянул на сюзерена, тот отрицательно покачал головой.

- Я уверен, что у нас с Айрис все образуется, – произнес генерал, грустно улыбаясь.

- Мне бы твою уверенность – буркнул я – Давайте поспешим, я не хочу тратить на нее весь свой день.

Альдо скорбно покачал головой, но послушно зашагал в покои королевы. Мы же в Робером чуть замедлились, якобы из-за моей ноги.

- Ты не говорил что это его идея – зло прошипел я, невольно начиная сомневаться в удачности принятого решения.

- Я ему намекнул, он поверил, что это его идея, – так же шепотом ответил герцог. Чужие слова ни капли меня не успокоили и я схватил будущего родственника за руку, заставляя того остановится и посмотреть на меня.

- Если с ней что-то случится, ты и твои южане умрут, – прорычал я, сам понимая, что выгляжу глупо, но ничего не могу поделать со своим гневом и страхом.

Робер бережно положил свою руку поверх моей, явно пытаясь успокоить, и произнес:

- Я знаю, Дик. Я знаю. С ней все будет хорошо, именно по этому с ней едут мои самые надежные люди.

- Что вы застряли? – удивился Альдо, когда до него дошло что разговаривает он сам с собой.

- Нога разболелась, спасу нет – соврал я, вымученно улыбаясь, и сильней опираясь на приятеля, словно сам стоять я не могу.

- Может тебе стоит отправится домой? –сюзерен действительно выглядел обеспокоенным, подходя и помогая мне сесть – Хочешь я прикажу приготовить для тебя комнаты во дворце?

- Нет, я хочу быть уверенным, что она ничего не натворит напоследок, – зло буркнул я, понимая, что хочу увидеть родные глаза хотя бы еще раз. Страшное предчувствие беды не покидало меня ни на минуту, заставляя чувствовать, что я упускаю что-то очень важное.

- Хорошо. Ты можешь идти?

- Да, - я поднялся и тут же удивленно замер, уставившись в окно.

Ветер гонял давно опавшие листья и те периодически поднимались достаточно высоко, чтобы оказываться прижатыми к оконному стеклу, а после медленно планировать вниз, пока из вновь не подхватывал ветер.

Мне невольно вспомнился Сильвестр и его предупреждение.

запись создана: 12.06.2017 в 09:04

@темы: серия "Окделл", ОТБЛЕСКИ ЭТЕРНЫ

URL
Комментарии
2017-11-03 в 15:55 

Mariam Germen
Не хватайте за нос - не будете покусаны
читать дальше

2017-11-03 в 15:55 

Mariam Germen
Не хватайте за нос - не будете покусаны
читать дальше

2017-11-12 в 13:40 

renten
самоубийство из-за страха смерти (с)
спасибо за помощь

URL
     

блокнот безумца

главная